amidah
sleepless elite
оно наконец со мной и во мне. я буду
ключевая способность вернулась и торжествует, и режет голову, сердце, тело, и складывает куски меня в форме торта. доедать его и проваливаться, все, что мне осталось, утренние мандарины в ладонях, вместо некоторого количества суток, где было недостаточно только минут и воды, минут и воды, со всеми вытекающими
реальность способна возвыситься над ожиданиями так сильно. кто бы мог подумать,
что эксперимент, в котором первое доскональное открывание меня балансировало искусно на грани между растерянностью и решительностью, окажется настолько чистым
что этот выходной либо входной гипердень, даже измазанный изменёнными состояниями, окажется настолько чистым
и теперь сильней, чем моя любовь к этому городу, только белая грусть и страх перед грядущими днями в дороге из него. в поезде и в священной благодарности мне пора смириться с кризисом, с необходимостью некоторых деформаций, и смириться без аптечной помощи. так железнодорожные наволочки часто подаются влажными изначально, а иногда помогают вырвать себя из райских садов обратно в быт. но эти сады были, и были непозволительной роскошью, не просто зоной комфорта, а точкой эйфорического кипения. с риском испариться. можно довольствоваться фактом, идеальный собеседник и спутник существовал и роль вещества неважна
когда вчера каждый звук и метр объединялся и плавился в близком и чужом красивом теле, в светлом уме, сегодня я могу лишь глядеть, как для маяка на туманных улицах вдалеке мигают зелёными крестами другие маяки, путеводные звёзды
обстоятельства могут стоять в стороне, но уйдут ли. я могу играть в продуктивность и целенаправленность, но моя ли это игра. мы увидим или увижу я